Не менее 3 символов. Может содержать только латинские символы, цифры, знаки подчёркивания (_) и дефисы (-)

Не менее 5 символов.

Евдокия Александровна Зубенко

Крещённая Сталинградом

Две с половиной тысячи километров от Сталинграда до Берлина пешком прошла Евдокия Александровна Зубенко (в девичестве Ситникова). Санитары на войне изредка пользовались попутным транспортом. Их выручали ножки, лёгкие на ход.

Летом 1942 года состоялся очередной выпуск Липецкого медучилища. В полном составе он ушёл на фронт. Дуся Ситникова направлялась в Тамбов, где формировались части. Отец провожал её до Грязей. А потом поезд увёз его дочь на войну. Попала Дуся в 3-й батальон 220-го полка 79-й стрелковой дивизии.

В Сталинграде санвзвод постоянно был на передовой и занимался эвакуацией раненых. Ночью ползком, лямками вытаскивали их на себе: подняться не давали немецкие очереди из пулемётов.

«Таскать раненых – это мучение. Сильных санитаров не было. Медсанбат – за Волгой. Многих спасти не удавалось и приходилось хоронить здесь же своими силами», – вспоминала Евдокия Александровна.

Немцы делали всё, чтобы стереть Сталинград с лица земли. Тысячи самолётов бомбили город. Гибли все, кто попадал в это пекло. Бомба не разбирала: солдат ты или мирный… Не сумев сломить сопротивление военной силой, фашисты каждый день транслировали музыку и в перерывах кричали: «Рус, сдавайся!» И так без конца. Потом на это уже никто не обращал внимания.

Несмотря на сложности в доставке боеприпасов, продуктов питания и подкрепления с левого берега Волги, перебоев в снабжении перевязочным материалом не было. Санвзвод командиры хвалили. Под Сталинградом Евдокия Александровна стала коммунистом. Гордилась этим званием – ведь в партию принимали лучших. Но с них и спрос был строже.

Пока шла долгая, изнурительная битва за Сталинград, позиции у Мамаева кургана переходили из рук в руки несколько раз. Из 3-го батальона в живых осталось несколько десятков человек, да и те были ранены. С позиций тяжелораненых эвакуировали только по ночам, легкораненые оставались на своих местах. Просили только: «Сестрица, налей обезболивающего». У медперсонала всегда был запас водки.

«Боялась ли я на фронте? – говорила нам Евдокия Александровна. – Боялась. Очень. Особенно боялась ранения в живот. А вот самое яркое впечатление из того времени – атака моряков-тихоокеанцев. Их перебросили ночью с задачей восстановить фронт, выбить фашистов. Так вот они, как мне показалось, ничего не боялись. В атаку шли дерзко, смело, отважно. На головах бескозырки, в руках автоматы и гранаты. Они, не задумываясь, бросались под немецкие танки и останавливали их… Никого из них в живых не осталось. Все полегли, но задачу выполнили. Сегодня даже трудно представить, как выдержали, как выстояли. Бомбёжки, артиллерийские обстрелы, ползущие «тигры». В Волге вместо воды – нефть. И наши парни, их бесстрашие, их смелость, ставшая легендой. Спрашиваете, сколько раненых вынесла с поля? Ой, да разве мы тогда считали! До этого ли было…»

 

Оставьте комментарий